Путешествие из Ташкента в Уфу

Говорят, хороший собеседник укорачивает время в пути. Мне повезло, у меня были хорошие попутчики: Бегали – строитель из Ферганы, суфий-хазрат Абдулкарим из Башкирии и лесоруб Шухрат из Бухары.

Как обычно, я еду в Казань таким маршрутом: сначала поездом до Уфы, а оттуда на “Газели” до Казани. Маршрут неоднократно проверенный, относительно безопасный. Поезд отходит во втором часу ночи, за целый день можно собраться в дорогу. Как всегда, тяжеленный чемодан и сумка! Хоть бы у чемодана не сломались по дороге колесики! Присев на дорожку, и почитав суры из Корана, оставляю родных на попечение Всевышнего, обнимаю дочь и внука.

После распада Союза проблема отсутствия рабочих мест и низкая заработная плата, вынуждает работоспособное население Узбекистана уехать на заработки из родных мест — в ближнее и дальнее зарубежье. Много узбеков-мигрантов работают в родственных по языку и вере Башкирии и Татарстане. В поездах, автобусах и самолетах можно встретить огромное количество трудовых мигрантов. Их трудолюбие и работоспособность не нашли должного применения на родине, где они могут рассчитывать только на выживание из-за чрезвычайно маленькой зарплаты.   Работая же в России, узбеки могут строить дома и играть свадьбы на родине.

Сын помог мне сесть в вагон и поместить багаж. Тепло распрощавшись с ним, я познакомилась с соседом – узбеком лет 45 по имени Бегали, занявшим место напротив. Позвонив домой, он сообщил жене, что его соседка — русская бабушка. Я поправила – татарка, и что бабушкой себя не считаю, хотя имею четверых внуков. Поезд тронулся и спустя некоторое время подъехал к границе с Казахстаном.

Бегали Сабиров

Казахские таможенники проверяют багаж, паспорта, а и порой карманы пассажиров, вымогая при этом деньги с молодых узбеков. Женщин пожилого возраста они обычно не трогают, так что молодые ребята отдают им на хранение даже те небольшие деньги, которые берут с собой в дорогу. Бегали отдал мне на хранение около 8 тысяч узбекских сум. Он оказался опытным пассажиром и не испугался провокации таможенников, обещающих высадить его. Рассказал историю о том, как знакомый отказался одолжить человеку денег, но спрятал 3000 рублей в рулон туалетной бумаги, которые нашли и безвозмездно изъяли таможенники-казахи.

Ну вот, все проверки закончены, в паспортах поставлены печати, заполнены декларации. Поезд тронулся, можно расслабиться и поспать. В вагоне тепло, пассажиров в это время года немного. Проснувшись, выглядываю в окно, но там по-прежнему унылые казахские степи. Иногда мелькают незатейливые строения.  Удивляюсь, как люди живут в таких условиях.

В туалете, где я совершаю омовение, грязновато, чуть не слетаю с унитаза при очередном колебании вагона – надо держаться за специальную перекладину. Вернувшись, читаю утренний намаз, сидя лицом к окну, но мысленно обращаясь к Мекке. Прошу Всевышнего Аллаха принять его, простив недостатки.

Продолжаю спать. Проснувшись, вижу на боковом нижнем сиденье худощавого мужчину средних лет. Невыразительное лицо с бородкой, а на голове белая войлочная тюбетейка, отделанная темной бейкой. Одет в длинную темно-зеленую рубаху навыпуск, сверху теплый кафтан. На ногах ичиги с огромными стоптанными сзади глубокими теплыми галошами. Оказывается, он сел в вагон в городе Туркестан, куда ездил на зиярат (паломничество к святым местам) к своему наставнику – ишон бобо.

В Туркестане похоронен известный в мусульманском мире святой суфий Ахмад Яссавий. Мой дед по отцовской линии — Захри бабай с большим почтением относился к нему. В конце тридцатых годов прошлого века, раскулаченный, бабай попал в сначала в Джамбул, потом в Ташкент, где среди мусульман-узбеков укрепился в вере. Дружил с известным богословом Зиявутдином кори. Дочь бабая от второго брака Мунира рассказывала, как в поезде по дороге в Казань дед, играя на гармошке, пел мунажаты, собирая пассажиров на проповеди об исламе.  Прошло полвека, бабая давно нет, но именно он оказал влияние на меня.

Я была в Туркестане дважды с группой паломников в 1999 и 2009 годах. Была и на могиле святого шейха Накшбанди под Бухарой. В далеком 1999 году суфий из Казахстана подарил мне маленькую связку желто-коричневых птичьих перьев, которую храню дома до сих пор.

У захоронения святого шейха Багауддина Накшбанди под Бухарой

У входа в мавзолей Ахмата Яссави (Туркестан)

Хазрата-попутчика зовут Абдулкарим, он женат, имеет пятерых детей. Закончил Уфимский исламский университет и работает муллой при мечети в деревне недалеко от Уфы.   К нему время от времени подсаживается молодой высокий мужчина, Шухрат из Бухары, который с почтением задает ему вопросы. Абдулкарим хазрат отвечает, я слушаю и иногда вставляю реплики.

Два года назад в поселке Чурилино Арского района я побывала у хазрата-суфия, и взяла благословение и вазифа (обязательство) – читать 12 ракаатов ночного намаза-тахажжуд и зикр — поминать 1000 раз Аллаха на четках. Хазрат был на костылях, без одной ноги. Приехал в Чурилино в конце девяностых из Андижана, его учитель был из Ташкента. Хазрат дал благословение через протянутый между нами платок.

Абдулькарим хазрат рассказывает притчи и коранические сказания о жизни святых. Рассказал историю о преданности Всевышнему Аллаху и великом терпении Аюб хазрата. О том, как человек всю жизнь собиравший деньги на паломничество в Мекку, отдал эти деньги нуждающемуся человеку, после чего смог духовно побывать там, о чем свидетельствовали паломники.      Абдулкарим хазрат также отметил, что смысл понятия счастье в этом мире и высших мирах отличаются.

Разговариваем с Бегали. Он подробно рассказывает мне, чем занимался в течение 15 лет работы в городах России. В основном это строительные работы, но работал и на вырубке леса. Рубку ведут зимой, когда на деревьях нет листвы, и земля на болотах подмерзает. Заработки хорошие. Рассказывает, как разгружали фуру в 47 градусный мороз с ветром. Как готовил плов в двух котлах на 80 человек. Из Узбекистана брал с собой курдюк и нут для плова. Плов пришлось раскладывать самому, и все просили добавки.

Благодаря работе в России он смог построить дом на родине, в Фергане. Дом построил большой, современный, нанимал рабочих из местных ребят. Рассказывал про уже взрослых сына и дочь — сын учится в Перми, получает высшее образование. Бегали сумел сделать ему разрешение на временное проживание, а сам платит за патент как трудовой мигрант. Сын советует продать дом и купить две квартиры. В одной квартире жить, а другую сдавать. Они живут на съёмной квартире.

Бог свел в дороге современного узбека, словно вышедшего из прошлого века татарина из Башкирии и казанскую татарку узбекского происхождения.

Мулла вышел на станции глубокой ночью, а мы в Уфе утром. Шухрат побеспокоился о том, чтоб мне помогли вынести багаж, так как сам помогал другой женщине. Мы тепло распрощались.

Дания Нуриева

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *